Шкипер [СИ] - Михаил Николаевич Дулепа

— С такой силой зачем вам местные земли?

Гордый, не поворачиваясь ко мне, шепнул:

— Это сила скрытого. Навигатор распутывает ее, словно острой спицей корабля выискивая правильную нить.

Я внимательно посмотрел на корабельного мага — увешан цацками по максимуму, руки-ноги в браслетах, венец на голове, жезл в руке. Вот он легко прикоснулся к планшету, голограмма побежала волной искр, а в реальности туман стал собираться в ощутимые облака. Мы стояли на высоте пятиэтажного дома, и когда я оглянулся, то увидел островки мачт, торчащие из плотного серого покрова. Особо хорошо смотрелись сидящие на этих мачтах матросы, словно спасающиеся от неведомого чудовища.

Момент, когда появился остров, я проморгал. Вертел головой — его не было, повернулся на возгласы каменщиков — впереди довольно внушительная гора. Сам остров не слишком большой: по тому, что вижу, и если он более-менее круглый, то пятнадцать, может двадцать квадратных километров, из которых треть это старый вулкан метров пятисот в высоту.

Я оглянулся на спутницу, та почуяла мой интерес и знакомо улыбнулась, после чего без лишних слов кивнула Гордому, встала на ограждение мостика и сделала шаг вперед. Каменщики внимания не обратили, а я кинулся смотреть, все-таки ее наряд это не мои пляжные штаны, плавать неудобно.

Внизу отплывала прочь лодка с шестью гребцами, а девушка только махнула мне рукой, не оборачиваясь. Только сейчас я сообразил, что артефакт гашения сфер все это время был активен. Привык за время "каникул", не подумал.

— Э-хэ-э-э!

Стоило туманной дымке проясниться, как все пиратские посудины рванули к берегу, подгоняемые капитанами изо всех сил. "Принцесса ветра" чуть запоздала, да и набирала скорость она медленнее. Неужели не успеет первой на берег ступить?

Корыто, оставшееся на месте, смотрелось как-то очень одиноко.

Удивительным образом то, что все "союзники" бросились к берегу, ремуланцы не комментировали. Навигатор продолжал колдовать над приборами, официал что-то тихо выговаривал своему слуге, остальные метались то в недра корабля, то на мостик. Заглянув за ограждение посмотрел вниз, но на палубе так же без суеты, деловито готовились к чему-то. Во всяком случае рядом с каждым из четырех увиденных мной орудий стояли два человека расчета. Пока просто стояло, никуда не целясь.

— И что дальше?

Гордый, смотревший на уходящие к берегу корабли с усмешкой, повернулся ко мне:

— Оставайся, здесь самое безопасное место для тебя.

Пираты были уже на полпути от Большого Корабля к заросшему лесом берегу. В ветвях еще путались обрывки тумана, а серая плита собравшихся туч придавливала остров сверху.

— В безопасных местах маловато шансов для удачи.

Ремуланец откровенно улыбнулся, потом кивнул мне за спину.

Почти у горизонта виднелись пятнышки. Так, мы на высоте метров пятнадцати, может чуть больше, до есть километров двенадцать до этой... приближающейся флотилии. Час до контакта, большая скорость местным судам не на пользу.

— Ремула никогда не ставит на удачу. Логика и порядок, вот что сделало Вечный Город великим.

Я прикинул — по количеству пятнышек это не меньше трех сотен кораблей. Засада, однако. Поманить вкусной добычей, собрать всех пиратов Благословенных островов на одном берегу и тут их раздавить. Только об кого? Восточники?

Можно было бы испугаться, если бы не одна любящая быть первой особа.

Возглас одного из матросов заставил всех повернуться, а затем смотреть на берег. К первому остановившемуся у полосы песка кораблю бежали из леса люди. Никакой суеты на корабле не наблюдалось, наоборот, он быстро спускал шлюпку. Второй корабль, третий — на берегу ждали уже сотни бойцов. Щиты, копья, связки и кули на спинах — дротики или стрелы, наверняка. И знамена, местного образца, то есть длинные такие.

Голоса ремулан стали громче, но никто особо удивленным не выглядел. Повернувшись к Гордому я уточнил:

— Не ставит на удачу?

Он привычно улыбнулся:

— Стоит приложить усилия, чтобы собрать всех вместе, чтобы накрыть одним ударом и очистить воды от паразитов.

Корабль дрогнул и начал поворачиваться бортом к берегу.

— Договор никто не будет соблюдать?

— Если в этих морях не останется никого, кто помнит о его заключении... К тому же они первыми готовились нас предать.

В этих морях... то есть или я отправляюсь в Ремулу, или на тот свет?

Размышления прервал короткий возглас навигатора. Слов я не понял, но все уставились влево, я тоже повернулся. Минута, другая... из-за мыса милях в двух от нас появился корабль. Большая четырехмачтовая джонка. Идущая как-то слишком быстро для подобной конструкции!

За ней вторая, третья — на берегу стали махать флагами, а корабли, большие корабли все продолжали выходить. На этой стороне только десант "рыбарей" и "поперечников", а за островом прятались силы местных царей, помогающие Повелительнице, именно так, замкнуть окружение на силах вторжения восточников.

Я вдруг понял, что широко улыбаюсь. Нет, мне может достаться, но сама ситуация какова — кто кого хитрей обманет!

Ремуланец цыкнул в досаде:

— Глупая женщина. Крестьянка, получившая власть, все равно останется...

Корабль прервал почти завершенный разворот и стал поворачиваться к более опасной цели... впрочем, пока еще никто не стрелял.

Официал выслушал прибежавшего из недр корабля вестового, кивнул и отдал приказ. На палубу хлынули матросы и орудийная прислуга. Так, прикинем — до царского флота три километра, попасть в корабль, на котором Повелительница, нужно до того, как она приблизится на километр. То есть у них минут десять, а потом она их начнет топить. Шансы у них только если уйдут к флоту восточников, который идет в сопровождении подозрительно яркой белой черточки. Как бы не второй каменный корабль, с поднятыми щитами. Двойка ведь священное число Ремулы, так?

— Знаешь, ремуланец, кажется не ты один здесь любишь строить хитрые планы.

— Так даже лучше, накроем всех разом. Вечный Город побеждает всегда. И уж тем более каких-то дикарей!

Гордый оправдывал свое имя: признавать, что их перехитрили, ремуланец не собирался. Что же, пора прощаться:

— Да... нам, жителям больших городов, местные крохотные царства кажутся смешными. Когда в одном нашем квартале проживает больше людей, чем в местной столице — кажется, что и люди здесь такие же мелкие. А они от нас ничем не отличаются. Еще и превосходят, потому что привыкли обходиться меньшими силами.

Я говорил, "вспоминая" широкие проспекты, потоки машин и двадцатиэтажные человейники, чтобы ремуланец почувствовал, как я отношусь к "вечности" и "великости".